Царская семья по дороге в Тюмень

В Сибирь семья последнего императора была отправлена, скорее всего, по банальной мстительности тех, кто принимал это решение. Николай II еще совсем недавно лишал свободы и посылал за Урал «ревнителей свободы», а теперь сам туда должен быть  ехать как арестант. Очевидно, тем самым участь царской семьи становилась предрешенной... См. об этом подробнее в книге П.В. Мультатули «Свидетельствуя о Христе до смерти...» (в 2008 г. вышло третье издание этой книги), в главе второй: «Керенский и судьба Царской Семьи».

Отъезд из Царского Села состоялся рано утром 1 августа по ст.ст. 1917 г., на следующий день после дня рождения цесаревича. До Тюмени ехали на специальном поезде - догадаться, кто едет, было нельзя. Поезд ехал без остановок (лишь порою на маленьких станциях набирали воду), но время от времени в безлюдной местности царственным узникам давали возможность прогуляться вдоль железнодорожного полотна - поезд при этом медленно шел за ними.

Анастасия Николаевна писала с дороги Сиднею Гиббсу (учителю английского языка, впоследствии приехавшему к царской семье в Тобольск):

«Выехали мы рано утром. А после того, как сели в поезд, я легла спать, как все наши. Мы очень устали, потому что накануне ночью не спали всю ночь. Первый день было очень жарко и пыльно. На станциях приходилось закрывать шторы на окнах, чтобы никто не мог нас видеть. Однажды вечером я смотрела из окна. Мы остановились возле маленького домика, но никакой станции мы не видели. К моему окну подошел маленький мальчик и спросил: «Дяденька, дай, пожалуйста, газету, если у тебя есть». Я ему ответила: «Во-первых, я не « дяденька», а «тетенька», а во-вторых, газеты у меня нет». Сначала я не поняла, почему он назвал меня «Дяденькой», но потом вспомнила, что у меня коротко острижены волосы (после болезни), и мы с солдатами, которые стояли у окна, расхохотались». (Кристина Бенаг. «Англичанин при Царском Дворе». СПб 2006 г., стр.153; более подробно это письмо приводится в недавно вышедшей книге Андрей Никульский. «Ее Императорское Высочество Великая Княжна Анастасия Николаевна Романова». М. 2008г., стр. 198.)

В этом эпизоде чувствуется хорошее расположение конвоиров к ссыльным. Действительно, начальник Отряда Особого Назначения, полковник Е.С Кобылинский, отвечавший за охрану царя и его семьи в Царском Селе и делавший все, что мог, для облегчения их положения, постарался взять в Тобольск солдат, расположенных к Романовым (число охранников должно было составлять 300 человек). Это не совсем ему удалось, но первое время узники чувствовали большое облегчение по сравнению с напряженной атмосферой, царившей во время заточения в родном дворце...

Лишь в поезде семья узнала место своего назначения - Тобольск. Ранее им было сказано только, что нужно взять с собой теплые вещи, а ехать дня четыре. В прощальном письме А. Вырубовой, написанном в день отъезда из Царского Села, Государыня поделилась своим предчувствием, полностью оправдавшимся впоследствии: «святой зовет нас» (святитель Иоанн Тобольский (1651-1715) - последний из 11 святых, прославленных в правление императора Николая, см. С.В. Фомин «Последний царский святой», М.2003).

За царственными страстотерпцами в Сибирь добровольно последовали 10 человек свиты и 30 человек прислуги. Многих из них также постигла трагическая участь, но многие остались в живых, эмигрировали, и после  них сохранились книги воспоминаний или показания следствию об убийстве царской семьи.

Вот что показывала следователю Н. Соколову Елизавета Эрсберг, помощница Александры Теглевой, молодой няни великих княжон: «Переезд наш в Тобольск протекал в хороших условиях. Мы ехали в удобных вагонах<...>Настроение было хорошее. Дети были веселы. Сама поездка, конечно, создавала такое настроение, в особенности, быть может, после жизни в Царском, где было неспокойно в последнее время. Однако я не могу забыть одной шутки тогда Алексея Николаевича. Играя с нами в карты, он, шутя, сказал: «Э, братцы, стойте! И от тюрьмы не уйдем»». («Русский архив», вып. VIII, М. 1998 г., стр. 138). Теглева вторила словам своей помощницы: «Ехали мы с удобствами, в хороших вагонах, и без приключений. Только один раз нас где-то остановили и, кажется, не хотели пропускать. Но все обошлось благополучно». (Там же, стр. 122).

Как всегда, Государь и Государыня аккуратно (и очень кратко) записывали, каждый в свой дневник, как проходили дни. Так, на третий день поездки (3 августа по ст.ст. 1917 г.)  Государь записал: «Проехали Пермь в 4 часа (дня - А.М.) и гуляли за городом Кунгуром вдоль реки Сылвы по очень красивой долине». Государыня указывает и время прогулки: с семи вечера до половины восьмого. Судя по тому, что и в других случаях фигурируют полчаса на прогулку, это было сроком, отведенным царской семье для гуляний во время поездки.

К Тобольску в начале ХХ века железнодорожной ветки не было. Нужно было ехать до Тюмени и дальше плыть по р.Туре до р.Тобол и далее до Иртыша, на котором и стоит Тобольск.

Продолжение следует...